Новый приговор

27 декабря Северо-Кавказский окружной военный суд на своем заседании в Ростове-на-Дону огласили третий по счету приговор по т.н. делу «Аракчеева-Худякова», двух офицеров внутренних войск, обвиняемых в убийстве мирных жителей Чечни. Суд признал обоих обвиняемых виновными в инкриминируемых им преступлениях, хотя на предыдущем заседании оба обвиняемых отказались признать свою вину и настаивали на том, что дело против них был сфабриковано. Аракчеев приговорен судом к 15 годам тюремного заключения, Худякова - к 17. Напомним, что оба предыдущих приговора, вынесенные судами присяжных были оправдательными.

Один из обвиняемых Евгений Худяков не явился сегодня на вынесение приговора, причем его защитник Ирина Кузнецова заявляет, что не может связаться с ним. Сергей Аракчеев, ранее заявлявший, что не намерен скрываться от правосудия, дисциплинировано явился на слушания. В своем последнем интервью он заявил: «Я не в чём не виновен. На моей стороне правда. На моей стороне десятки свидетелей, документов, экспертиз. Моё дело от начала и до конца сфабриковано и высосано из прокурорского пальца. В этих обстоятельствах бежать – значит полностью реабилитировать должностное преступление тех, кто это дело «сшил». Дать им возможность почувствовать себя победителями. Снять с них моральную и юридическую ответственность за всё то, что они сделали. Я им этого не дам».

По версии обвинения, 15 января 2003 года офицеры Аракчеев и Худяков неподалеку от грозненского аэропорта «Северный» остановили «Волгу», принудили ее водителя Юнусова сесть в БТР, а затем остановили «КамАЗ» и расстреляли ехавших в нем трех человек. Юнусова по его словам ограбили, подвергли жестоким пыткам, а потом почему-то отпустили.

Поначалу эту версию событий подтверждали многочисленные свидетели из числа сослуживцев арестованных и сами подследственные. Но первые же судебные слушания «развалили» казалось бы «крепкое» дело. Большая часть свидетелей обвинения заявили, что их показания получены под давление следователей.

Рядовой Ермолаев, в частности, показал: «Меня неоднократно избивали, вызывали на допрос ночью, а следователь грозил посадить в клетку с чеченскими боевиками». Свидетель Чурин рассказал, что его следователи угрожали посадить его самого, предъявили обвинение в убийстве, и для освобождения ему пришлось не только оговорить Аракчеева с Худяковым, но и заплатить взятку в сумме тридцати тысяч рублей. Свидетель Искалиев заявил, что на допросах следователь Командресов избивал его, называл «чуркой», «плесенью» и угрожал «сгноить в Чечне». Со ссылками на такие же причины от показаний, данных на следствии, отказались и обвиняемые.

По утверждению свидетелей в тот день Аракчеев и Худяков вообще выполняли задания командования в составе двух различных экипажей и не могли совместно совершить какое-либо преступление. Это подтверждается и записями в журнале боевых действий. Эту версию на последнем процессе подтвердили 22 свидетеля защиты.

При ближайшем рассмотрении оказались не вполне убедительными и показания Юнусова, который, оказывается, не видел лиц людей напавших на него. По его словам они были в масках, а Аракчеева он опознал... «по бровям». Не подтвердили версию обвинения и вещественные доказательства. Баллистическая экспертиза, чьи результаты были оглашены на последнем процессе, показала, что гильзы, изъятые на месте преступления, были стреляны не из оружия обвиняемых.

Суд с участием присяжных дважды рассматривал дело Аракчеева и Худякова в июне 2004 и в октябре 2005 года. Дважды присяжные вынесли оправдательные приговоры, однако высшие инстанции отменили оба. Новый военный трибунал, заседавший без их участия присяжных, теперь оценил обстоятельства дела совершенно иначе. Очевидцы, бывшие на заседаниях суда, говорят, что рассмотрения дела они не могут называть объективным, судья Владимир Цыбульник, по их словам, оскорблял свидетелей, обвиняя их в «трусости», запретил защите вызвать ряд свидетелей-экспертов, во многом блокировав ее работу. В довершении всего суд фактически навязывает Аракчееву в качестве адвоката Владимира Кириленко, бывшего следователя чеченской прокуратуры, т.е. коллеги тех, кто вел дело против подсудимых, и близкого друга прокурора Мокрицкого, подписавшего обвинительное заключение. По словам Аракчеева, Кириленко уговаривал его признать, что был на месте преступления, но свалить само убийство на Худякова, обещая в этом случае добиться освобождения. Аракчеев отказался и добился того, чтобы его интересы в суде представлял известный московский адвокат Дмитрий Аграновский.

Впрочем, со всеми эти фактами предстоит разобраться апелляционным инстанциям, пока же Сергей Аракчеев будет оставаться в тюрьме. Его друзья убеждены в несправедливости приговора и намерены провести акции протеста около зданий Верховного суда и Главной военной прокуратуры в Москве, впрочем, учитывая приближающиеся новогодние праздники их действия, скорее всего, останутся незамеченными. Да и что толку пикетировать учреждения, уходящие на каникулы?

О причинах предполагаемой фальсификации дела сейчас достаточно многие говорят открыто. Многие следователи, которых сегодня осужденные и свидетели обвиняют в пытках и вымогательстве, получили повышение. Тот же Командресов, вскоре после раскрытия дела, по некоторым сведениям, досрочно получил следующее воинское звание. Некоторые из бывших следователей сейчас занимают заметное положение в системе военной юстиции, и оправдательный приговор, перечеркивающий важную ступень их карьеры, может вызвать большой ведомственный скандал. Доискаться же до того, кто действительно совершил убийство, четыре года спустя не представляется возможным. Материалы дела находятся в ужасающем состоянии, на последнем суде возникли сомнения даже в правильном установлении личности убитых, не говоря уже о других существенных обстоятельствах дела.

Между тем руководству Чечни остро необходим приговор против виновников "военных преступлений", совершенных во время антитеррористической операции. Сам Кадыров уже давал свою оценку оправдательным приговорам в отношении Худякова и Аракчеева, которая прозвучала довольно цинично. Как он заметил в интервью информационному агентству «Интерфакс», причина оправдания только в «недопонимании присяжными по данному уголовному делу воли моего народа» (6 октября 2005 года). Также республиканским МВД был «не рекомендован» выезд суда в республику с целью эксгумации тел убитых в связи с якобы ухудшившейся оперативной обстановкой. Не были обнаружены попутчицы свидетеля Юнусова, бывшие по его словам с ним в момент предполагаемого похищения.

Создается впечатление, что сейчас уже никому нет дела, кто и как был убит почти пять лет назад на дороге неподалеку от Грозного. Трупы похоронены в полном соответствии с шариатом, дело закрыто, практически закончена даже война, во время которой произошла та давняя трагедия. Остались только люди, которые на фоне глобальных процессов как-то теряются из вида.

С Сергеем Аракчеевым я познакомился весной прошлого года. Он профессиональный сапер, на счету 30 обезвреженных взрывных устройств, одна контузия от взрыва, медали «Суворова», «За воинскую доблесть», «За ратную доблесть». Тогда он жил близ Москвы вместе со своей воинской частью, из-за незакрытого уголовного дела он не занимал никакой должности находясь «в распоряжении командира полка». Тогда я еще себе не представлял, что можно вот так жить фактически без работы, при постоянных поездках в Ростов-на-Дону на заседания суда и необходимости оплачивать адвоката, а это очень обременительно при окладе в 6000 рублей. Что можно без ясности в будущем и постоянном ожидании ареста – просто жить, радоваться, играть в футбол и шахматы и мечтать. Не сломаться, не потерять веры в людей, несмотря на все, что пришлось пережить за годы судебного преследования.

Сергей намеревался создать семью, в Москве его ждет невеста. Отношения они так и не зарегистрировали из-за той самой неясности завтрашнего дня. Теперь жизнь снова проверяет его на прочность. Хочется верить, что он выдержит это и вскоре вернется в Москву, город, где его ждут, где сегодня читают короткие СМС-сообщения: «Мне дали 15 лет», и надеются, что это – не навсегда.

Добавить комментарий